Для этого нужна кропотливая повседневная работа, а не пиар-акции в «горячих» точках России.
     Активность Митволя на Сахалине-2 – это некий политический заказ, когда используют структуры экологического контроля, экологической экспертизы в неких политических целях. Мы настойчиво предупреждали об опасности еще со времен принятия закона  о разделе продукции: разработка нефти на сахалинском шельфе тогда по этому закону отдавалась в руки американских, японских, голландских фирм. Оказалось, что там место обитания серого кита. Он входит в Красную книгу. Это его единственная кормежка на небольшом морском пространстве, куда  он заходит на мелководье. Редкий случай,  когда человек вообще не должен там появляться. А тут еще буровые вышки… Мы заранее предупреждали. Около 10 лет назад. Закон проходил с подачи господина Явлинского. Это стало причиной его разрыва  с Болдыревым («составная часть» «Яблока»). Последний понимал, что раздел продукции вреден стране. Иностранная компания-разработчик сначала всю прибыль забирает себе, потом,  через 10 лет, прибыль делится пополам, и только через 20 лет прибыль полностью получает Россия (от того, что останется). Это означало  прямой ущерб национальным интересам, экономике, а мы добавляли – еще и экологии. И вот через 10 лет нас вроде бы услышали. Но целых 10 лет не было ни мониторинга ситуации, ни проверок, ни надзора. Нагадили, не заплатили, и появился политический компонент в отношениях между Россией и странами-участницами разработок, и вдруг заметили. Теперь посылаются экологи, вносится больше раздрайя,  чем  порядка.
       У нас охота становится не состязанием, а бизнесом. Термин появился «охотничий бизнес». Многие регионы, охотничьи  общества создают определенные структуры. Создается комплекс, гостиничка строится, лес приобретается. Устраивают прикорм, ставят клетки для полного  комфорта «охотников». Цель одна – затащить иностранца, слупить с него доллары-евро, и обустроить охоту на редких животных безо всякого риска для толстосумов.  Вот и получается, что простодушный медведь из цирка становится коварной жертвой двуногих «джентльменов». Подобное происходит и в нашей Ярославской области, и в Карелии, и в Хабаровске, и в Вологде.
      На них нет управы. Здесь царит полнейшая коррупция. В основном охотятся генералы.  Приезжают  в одну из воинских частей, и начинают охоту на БМП, стреляют  не из простого ружья и даже не из снайперской винтовки, а из пулеметов! По кабанам, лосям. Высокообмундированные чиновники от военных структур, забирая хорошее мясо, плохое,  а также копыта, ребра – бросают в колодец. Огромный крестьянский колодец забит этими тушами. Окружили лес колючей проволокой, ездят по полям, местным не дают охотиться. Те, которых поймали, оказались высокими  военными из Москвы.
      Или другой случай: охотохозяйство опутывают колючей проволокой. Даже за грибами местным ходит не дают… Ряд политиков хотят ввести частную собственность на лесные ресурсы. Частными хотят сделать и охотничьи структуры, и охотничий бизнес. Сейчас приняли в Думе Лесной кодекс. Удалось изменить концепцию первого чтения. Но ряд поправок не прошел. «Единая Россия» встала  намертво. Не допускает экологическую экспертизу на перевод земель лесного фонда в нелесные. То есть это все будет переводиться без экологической экспертизы. Удалось снизить аренду с 90 лет до 49. Но не удалось сохранить понятие «лесорубочный билет». Теперь будет уведомительный характер для сруба.  Владельцем будет арендатор, а не государство. Хотя  вроде бы лес является федеральной собственностью, как Президент потребовал.

У нас лес объявлен природным ресурсом, а не экологической нишей, не живым организмом, ни даже легкими планеты. Это очень опасно.
       Нет экологической культуры у наших депутатов. Они не  обладают реальной властью. У них машина для голосования. 306 депутатов в «Единой России». Подлинная власть находится в администрации  президента, в правительстве, в кремле. И оттуда им дают указания, за что голосовать, за что нет. Они по сути роботы. Они называют лес товаром, имуществом, природным ресурсом, а для нас лес  - это совокупность живых организмов, связанных между собой. Экологическая ниша, причем не только для человека, но и для животных.  Но Дума проголосовала против. И теперь арендатор может рубить лес, пусть там  обитают хоть барсуки хоть глухари и так далее.
       Кремль пока не слышит экологов. О том, что нельзя уничтожать специально уполномоченный орган в области охраны окружающей среды. Во всем мире есть специальные органы типа нашей бывшей Госкомэкологии.  И теперь осталось только  две страны в мире, где нет специального органа, который  занимался  бы экологической проблематикой, и не только животных, но и человека, который  зависит от этой среды. Это Гондурас и Россия. Принято считать у политиков, что экология – не для бедных государств. Якобы в период реформирования экономики  хищническое использование природных ресурсов оправдано.  У подавляющего большинства политиков нет понимания того, что экономика должна быть экологической. Грамотной, государственной. Ведь, выруби леса, начнутся засухи, реки обмелеют. Глобальное потепление «добавит жару». Те же англичане платят  нам огромные  деньги за то, чтобы мы не вырубали сибирские леса. А мы рубим. Англия будет подтоплена через 20 лет. Вот практически все страны ратифицировали известный Киотский протокол, все, кроме Америки. Хотя Америка выбрасывает 22 процента двуокиси углерода, больше всех. Свои ресурсы они почти все съели, а нам  - демократию. Для чего? Да чтобы поедать ресурсы здесь. Вон уже на Каспии объявили зону своих национальных интересов. «Каспийская экологическая программа» так называемая. Вторая программа – по волге, «Капри-Волга», в переводе «Виденье  волги». Уже и Волгу пытаются объявить зоной своих национальных интересов. Через  подставных  экологов скачивают, воруют всю информацию по  Волге. Стараются представить положение дел еще худшим, чем на самом деле. В этих условиях тем более нельзя ликвидировать экологические фонды, которые аккумулируются для сбережения почвы, воздуха, тех же лесов, рек.
Некоторые политологи говорят, что поводом для возможных грядущих войн может стать, в частности,  обладание запасами пресной воды. Невольно возникает вопрос о нынешней ситуации с Байкалом. Помнится, как за него бился в свое время Валентин Распутин…
       Валентина Григорьевича Распутина справедливо считают совестью нации.  И сегодня можно констатировать, что  его усилия принесли относительный успех.  Байкал у нас – действительно священное озеро, это не политическая метафора. Это 70 процентов пресной воды планеты! Это единственное в мире озеро, находящееся под охраной ЮНЕСКО. Если мы будем продавать байкальскую воду – лет 300 сможем жить на прибыль. Японцы пытались это делать. Начали брать воду с 40-метровой глубины  и продавать в бутылочках. Сметали во всем мире. Наши японцев выгнали, но сами производство не наладили..
     Да, мы родились в те времена, когда морковку выращивали не под пленкой, а в открытом грунте, когда воду брали из родника, колодца, а то и из речки. Так что ситуация ухудшается стремительно, и Байкал становится сверх-стратегически важным природным объектом.
    Мало кто знает, что на наших территориях закрыты все полярные станции – десятки! Лишь пять лет назад полярную станцию открыл на свои средства наш великий полярник  Кошелев, бывший губернатор острова Врангель. Вторую экспедицию снарядил Лукашенко , а не мы.  И вот теперь  вместо 30-40 наших полярных станций -  станции Германии, Англии, Голландии, Бельгии, Франции, Америки, даже Чили. Кого только там нет! командует всем француз Бернар Бьюиг. В Хатанге открыл  гостиницу, оборудовал. У нас все туалеты прямая дыра. У него всё  сделано на европейском уровне. Этот Бьюиг открыл там музей мамонта. Туда валит народ – две с половиной тысячи только в 2000 году приезжало из-за границы! Лед пилят с Северного полюса, чтобы в виски класть, в промышленных масштабах! Фильмы снимают… На фильмах, книгах, альбомах, открытках делаются гигантские деньги на нашей территории.  И теперь на фоне  былого величия грустно смотреть на несколько наших летчиков, которые когда-то работали в полярной авиации, а нынче работают на иностранного дядю, причем, можно сказать, за сникерсы. Северное сияние, белые медведи…. Экзотика!  Байкал – это в тысячу раз интереснее, чем северный полюс. И туда народ прет, но бессистемно. А ведь все должно  и может быть организовано.
     Закон о туризме должен быть. Отдельный закон о питьевой воде должен быть. И Дума уж проголосовала за него, а вот Совет  Федерации зарубил.
Закон об экологическом образовании лежит на столе у Президента. Об экологической безопасности – провели через Думу и совет Федерации. Тоже лежит на том  же столе.
И получается, что скорбное положение экологии все понимают, что войны из-за питьевой воды не за горами, но голосовать не хотят.
      -Ну почему же!? Да потому, что придется запретить приватизировать все водоисточники, все водопроводы. Хотите иметь частный – делайте сами. Нельзя будет предприятиям разрешать сброс в водоисточники неочищенных  должным образом отходов. Посчитали непозволительной роскошью. И самые главные противники закона о питьевой воде не захотели  сохранять водоохранные зоны, потому что там чиновники, негодяи, уже много чего понастроили, да еще и сбрасывают в водозаборы всякую гадость.
      Такие вот дела. Нужны  решительные действия власти.

                                                                                                                            В.В.Жириновский